Сейчас, несмотря на явный дефицит DSP, ведущие клиенты продолжают изо всех сил бронировать производственные мощности, однако вся индустрия начала изучать способы сокращения количества DSP, а в перспективе — и полного отказа от них.
На самом деле, это и есть то самое изменение, которое стоит внимательно отслеживать на следующем этапе развития оптических коммуникаций.
В этом году рынок зарабатывает на расширении производства, а дальше начнет играть роль переход к новым архитектурам.
Сначала разберёмся с текущей ситуацией.
Спрос на 1.6T по-прежнему велик. Согласно нашим оценкам в ходе этого исследования для Американского фонда акций, к 2027 году спрос на 1.6T оптические модули может достигнуть 60–65 миллионов штук, при этом DSP остаётся одним из самых узких мест в цепочке поставок.
Особенно это касается 1.6T DSP, которые уже перешли на 3-нм техпроцесс, и их производственные мощности не такие свободные, как у зрелых технологий. Сейчас примерно 70% заказов на 1.6T DSP уже зафиксированы долгосрочными контрактами — такие крупнейшие клиенты в сфере AI, как GOOGL, NVDA, MSFT, AMZN, META, имея большой объем заказов и более тесные отношения с поставщиками, получают приоритет на закупку.
Другими словами, в ближайшие год-два 1.6T продолжит наращивать объёмы, а DSP — оставаться в дефиците.
Но с точки зрения инвестиций — это уже не самая свежая информация.
Если сейчас продолжать ежедневно отслеживать «насколько выросли заказы 1.6T» или «насколько не хватает DSP», это фактически означает торговать тем, что рынок обсуждает уже целый год.
Нам же интересно заглянуть на шаг дальше.
Почему индустрия задумалась об отказе от DSP?
Всё сводится к старой проблеме — электроснабжению.
Сейчас главная боль AI-центров обработки данных — это не только наличие GPU, а то, откуда взять электричество для новых GPU, как отводить избыточное тепло и сколько ещё энергии потребуется для транспортировки всего этого массива данных по сети.
Во время этого исследования был приведен очень наглядный пример.
Один 800G оптический модуль потребляет в среднем около 25 Вт, из которых почти половина приходится на DSP. Если предположить, что из-за различий в техпроцессе один DSP потребляет на 3 Вт больше, то кажется, что это немного, но если таких чипов 128 на одном коммутаторе — это уже около 400 Вт.
А если этот показатель масштабировать до десятков или сотен тысяч единиц ускорителей в AI-кластере, ситуация кардинально меняется.
Кроме того, сети продолжают развиваться: после 800G появятся 1.6T, а затем и 3.2T. Чем выше скорость, тем дольше передается электрический сигнал по PCB, и тем острее становятся вопросы потерь и энергопотребления.
В этих условиях «установить более продвинутый DSP» уже перестаёт быть эффективным решением.
Именно в такой ситуации на передний план выходят NPO и CPO.
В 2027 году я в первую очередь буду следить за NPO.
NPO можно кратко описать так: если раньше оптический модуль находился относительно далеко от чипа-коммутатора, то теперь оптический движок размещается ближе к чипу-коммутатору.
Когда компоненты расположены ближе друг к другу, электрическим сигналам не нужно идти по PCB на большие расстояния, потери снижаются, задача DSP уменьшается, а энергопотребление — сокращается.
По оценкам этого исследования, NPO позволяет экономить около 30–40% энергопотребления по сравнению с традиционной архитектурой.
Особое внимание стоит уделить 2027 году.
Все уже понимают, что CPO — это будущее, но у него есть явные сложности: идея хороша, а вот выпускать в промышленных масштабах — не так просто. Если в следующем году часть коммутаторов на базе CPO не смогут быть поставлены по плану, то NPO, скорее всего, на время станет предпочтительным переходным решением.
В этом исследовании даже дана оценка: если соответствующие коммутаторы массово перейдут на NPO, то в 2027 году количество портов может составить около 12 миллионов штук.
Не стоит воспринимать всерьёз число 12 миллионов, потому что там много предположений: сколько CSP в итоге внедрят это решение, удастся ли выпустить продукты вовремя — всё это еще предстоит проверить.
Но самое главное для меня — не цифра, а перемена за ней: NPO уже перестал быть просто теорией.
Стоит только увидеть реальные заказы, поставки настоящих коммутаторов и успешные проверки CSP — рыночная логика тут же изменится.
Поэтому к 2027 году я и буду пристально следить за развитием NPO.
Дальше — всё равно крутится вокруг CPO
NPO больше похож на мост.
Настоящая революция, которая может полностью изменить существующую архитектуру оптических сетей — именно CPO.
Этот подход идет ещё дальше, максимально приближая оптический движок напрямую к чипу-коммутатору. Расстояние уменьшается — падает и энергопотребление.
Согласно нашим данным, NPO позволяет экономить 30–40% энергии, а CPO на отдельных тестах — даже 60–70%.
Если AI-кластеры в будущем действительно вырастут до миллиона карт и более, эти различия в энергопотреблении выльются в расходы на электроэнергию, охлаждение и количество дата-центров.
Но у CPO есть проблема: основная сложность — не в проектировании, а в производстве.
Там может быть задействовано тысячи оптоволокон, и вопросы состыковки, повышения выхода годных изделий, контроль себестоимости — всё это крайне непросто. Вдобавок: стеклянные подложки, разводка, сверление, передовые методы упаковки — многие процессы только движутся к массовому производству.
Поэтому пока нельзя говорить о «смертном приговоре» для традиционных оптических модулей с появлением CPO.
Временные рамки, озвученные в этом исследовании, достаточно адекватны: до 2028–2029 годов DSP и традиционные оптические модули, скорее всего, останутся востребованы, а явный технологический перелом вероятен только ближе к 2029, а то и 2030 году.
В запасе ещё несколько лет.
Для инвесторов это на самом деле хорошо: ведь речь ни о каком резком переходе — это процесс, который можно постепенно наблюдать и проверять на практике.
Уже сейчас меняется подход к выбору акций. Если раньше, анализируя оптические коммуникации, первым делом спрашивали: чьи оптические модули продаются лучше всего?
В будущем этот вопрос стоит поставить иначе: кто контролирует архитектуру AI сетей следующего поколения?
На первый взгляд эти вопросы похожи, но с инвестиционной точки зрения — абсолютно разные.
В традиционной архитектуре коммутатор получает свою маржу, DSP — свою, а производители оптических чипов и модулей также забирают свой кусок пирога.
Но когда появляются NPO и, тем более, CPO, границы между коммутатором, кремниевой фотоникой, оптическим движком и передовой упаковкой стираются.
Как только начинается интеграция, распределение прибыли неминуемо меняется.
Поэтому помимо таких известных компаний оптических коммуникаций, как LITE и COHR, я буду уделять больше внимания NVDA, AVGO и MRVL.
Поскольку они уже борются не за отдельный чип, а за то, какую долю архитектуры AI сетей следующего поколения им удастся контролировать.
Есть ещё одна компания, за которой я внимательно слежу — INTC.
Если в будущем за передовые техпроцессы и упаковку будут конкурировать чипы для AI, коммутаторов и CPO, то у отрасли неизбежно возникнет вопрос: есть ли кроме TSM вторая подходящая производственная база?
В исследовании уже упоминалось, что некоторые производители оценивают EMIB и передовые технологии изготовления INTC.
Пока нечего прогнозировать внушительные доходы для INTC на основании одного этого факта, но если действительно начнётся миграция заказа на передовую упаковку, то у INTC появится шанс выйти за рамки истории только о CPU.
Дальше — три главных момента для наблюдения
Когда NPO получит действительно массовые заказы, когда CPO перейдёт порог массового производства, а также — какая из компаний вроде NVDA, AVGO, MRVL сможет претендовать на большую долю рынка AI сетей следующего поколения.
В этом году основным драйвером оптических коммуникаций был «объем».
На следующем этапе начнётся борьба за архитектуру.