Как война изменила экономику США? Шесть графиков, раскрывающих влияние на цены на нефть, инфляцию и процентные ставки

Иранская война начинает влиять на экономику США различными способами — как прямыми ударами, так и более скрытыми каналами передачи. Среди последствий самым очевидным стал скачок цен на энергоносители, а потенциальное воздействие на общий экономический рост пока только начинает проявляться.

Хотя с момента вспышки конфликта опасения рынка по поводу рецессии усилились, большинство экономистов считают, что эта война оказывает на внутренний валовой продукт (ВВП) США скорее ограниченное влияние и прибавит к замедлению лишь незначительную часть процентного пункта.

Однако ключевым фактором выступает длительность войны. Если текущее соглашение о прекращении огня сохранится, инфляционное давление может постепенно ослабевать; но если конфликт возобновится, ситуация заметно ухудшится, вплоть до угрозы уже и без того хрупкому росту за последние два квартала.

Главный экономист Truist Advisory Services по США Майк Скоделес отметил: «Этот конфликт отнимет часть прироста, но в целом экономика выдержит. Намного более серьезная проблема — это неопределенность».

На самом деле, подобная неопределенность в течение последнего года постоянно нависает над экономикой США. С тех пор как администрация Трампа в апреле 2025 года ввела "Тарифы дня освобождения", а также с введением более жесткой дипломатии, рынки живут в условиях неясности, а война лишь усугубила это давление.

Ключевые вопросы, стоящие сейчас перед рынком: является ли рост инфляции во время войны временным явлением или устойчивой тенденцией? Будет ли потребительское потребление страдать? И насколько сильно пострадают страны, зависимые от импорта энергоносителей?

В дополнение к этим вопросам, решающей переменной выступает реакция политики Федеральной резервной системы и других центральных банков.

Скоделес подчеркивает: «Иран важен, цены на нефть важны, но такие факторы, как доходы, продолжают поддерживать экономику. Другая неопределенность исходит от Федеральной резервной системы — это приводит лишь к отсрочке снижения ставки, а не ее отмене. Это означает, что для потребителей стоимость кредитов останется высокой».

Энергетический шок: двойное давление нефти и потребления

Рост цен на энергоносители напрямую бьет по потребителям. По данным AAA, средняя цена на бензин в США уже поднялась до 4,10 доллара за галлон. Одновременно рост ставок по ипотеке давит на рынок недвижимости — объем продаж жилья на вторичном рынке в марте упал до минимума за девять месяцев.

Однако потребление демонстрирует определенную устойчивость. По данным банка Америки, в марте расходы по дебетовым и кредитным картам выросли на 4,3% в годовом выражении, что стало рекордом более чем за три года; расходы на заправках подскочили на 16,5%. Даже без учета затрат на энергию, потребление показало “здоровый рост” на 3,6%.

Кроме того, увеличение налоговых возвратов оказывает дополнительную поддержку потреблению. В этом году средний возврат составил 3521 доллар, что на 11,1% больше, чем годом ранее.

Тем не менее, такая реальная динамика потребления резко контрастирует с уровнем доверия потребителей. По данным опроса Мичиганского университета, потребительская уверенность в США упала до минимального значения с 1950-х годов, что ниже, чем во времена предыдущих войн, стагфляций и финансовых кризисов.

Однако аналитики указывают, что несогласованность между словами и действиями потребителей — не редкость. Главный стратег по инвестициям JPMorgan Asset Management Дэвид Келли отмечает: несмотря на низкий уровень доверия, фактические объемы потребления, скорее всего, продолжат рост, хотя и более медленными темпами.

Цена на нефть — ключевая переменная

Экономисты единодушно считают, что именно цена на нефть станет определяющим фактором влияния войны на экономику.

Главный экономист RSM Джозеф Бруссуэлас подчеркивает: реальный экономический удар начнется, когда нефть марки WTI подорожает до 125 долларов за баррель — в этот момент разрушение спроса станет существенно заметнее.

Сейчас цена на WTI составляет около 91 доллара, что ниже прежнего максимума в 115 долларов — до «опасной зоны» еще есть запас.

Он говорит: «Пока мы не видим структурных повреждений, сейчас невозможно оценить степень потерь производственной и перерабатывающей инфраструктуры на Ближнем Востоке».

Замедление роста и изменение ожиданий по ставке

Экономисты в целом прогнозируют замедление экономического роста из-за войны, но не ожидают системного кризиса.

Goldman Sachs уже снизил прогноз по ВВП США на этот год до 2%, что на 0,5 процентных пункта ниже прежней оценки. Федеральный резервный банк Атланты ожидает роста примерно на 1,3% в первом квартале.

В то же время, по прогнозам Goldman Sachs, уровень безработицы вырастет до 4,6%, а ослабление экономики в конечном итоге вынудит Федеральную резервную систему несколько раз понизить ставку позднее в этом году.

Экономисты Goldman Sachs отмечают: «Рост цен на нефть, возросшая неопределенность перспектив и сильные показатели занятости удерживают Федеральную резервную систему в стороне. Мы ожидаем, что сочетание роста безработицы и ограниченного снижения инфляции поддержит снижение ставки в сентябре и декабре».

Это событие выглядит более агрессивным по сравнению с рыночными ожиданиями: в настоящий момент рынок закладывает снижение не ранее середины 2027 года, а ранее ФРС лишь намекала на одну возможную корректировку вниз.

Инфляция остается главным препятствием

Инфляция по-прежнему критически важна для смены политики.

Данные показывают, что в марте индекс потребительских цен (CPI) вырос на 0,9% по сравнению с предыдущим месяцем и на 3,3% — в годовом выражении; базовая инфляция (без учета продуктов питания и энергии) выросла на 0,2% за месяц и на 2,6% в годовом выражении — все еще выше целевого уровня ФРС в 2%, но наблюдается тенденция к снижению.

Индекс цен производителей (PPI) демонстрирует схожую картину: общий рост 0,5%, базовый — только 0,1%.

Более того, по данным опроса Федерального резервного банка Нью-Йорка, инфляционные ожидания на год вперед составляют 3,4% — ниже итогов опроса Мичиганского университета (4,8%), что говорит о продолжающихся разногласиях в оценке перспектив инфляции.

Глобальные эффекты и давление на цепочки поставок

Влияние войны не ограничивается только США. Поскольку зависимость Европы и Азии от ближневосточной энергетики намного выше, для них удар может быть гораздо сильнее.

Скоделес отмечает: «Сейчас это больше похож на ценовой шок, а не на шок предложения. Воздействие на Азию сильнее, поскольку ее зависимость от энергоимпорта выше».

Война уже нарушила мировые цепочки поставок. Индекс давления на глобальные цепочки поставок, рассчитываемый Федеральным резервным банком Нью-Йорка, в марте поднялся до максимума с января 2023 года.

Однако в целом рынок пока полагает, что удар остается управляемым.

«Хотя стоимость энергии выросла, в исторической перспективе это не катастрофа», — отмечает Скоделес. — «Экономика почувствует влияние, но это не приведет к катастрофическим последствиям».