Крупнейшие майнеры Bitcoin фактически перестали продавать добытые монеты и перешли в режим строгого удержания, что обусловлено масштабной структурной трансформацией во всей отрасли. За последние шесть месяцев публичные майнеры коллективно снизили свой реализованный хешрейт на 15%, полностью отключив примерно 56 EH/s вычислительных мощностей.
Отраслевые отчеты подтверждают, что этот шаг не был капитуляцией — компании целенаправленно перенаправляют свои ресурсы на высокопроизводительные вычисления (HPC) и инфраструктуру для искусственного интеллекта.
Графики "Biggest Unplug" ясно показывают, кто возглавил этот исход: Cango и IREN отключили соответственно 29,5 EH/s и 21,9 EH/s в первой половине года. Эти две компании обеспечили 68% от общего снижения мощности среди публичных организаций. Снижения также отмечены у Cipher, Riot, TeraWulf и CleanSpark.
Однако эта технологическая трансформация обходится отрасли беспрецедентно дорого: совокупные расходы компаний на переоборудование дата-центров под искусственный интеллект уже превысили $30 миллиардов.
Капитальные затраты шести крупнейших поставщиков инфраструктуры на этот переход превысили их текущую операционную выручку почти в 15 раз.
Денег на суперкомпьютеры больше нет. И это хорошо.
Именно этот огромный денежный разрыв вынудил майнеров активно продавать добытый Bitcoin во время летних ралли. Графики платформы CryptoQuant показывают, что во время августовского роста цены Bitcoin индекс позиции майнеров (MPI) кратковременно подскочил до 2,8 — уровня, который традиционно указывает на массовое фиксирование прибыли для покрытия текущих расходов.
Но как только были закрыты основные транши на покупку оборудования для искусственного интеллекта и необходимость опустошать криптовалютные кошельки исчезла, майнеры сразу же нажали на паузу.
Всплеск продаж оказался единичным эпизодом, и индекс вернулся в глубокую отрицательную область.
Для рынка это сильный фундаментальный сигнал: майнеры перестали создавать переизбыток монет на биржах, обосновались на новых позициях и просто ждут более благоприятных цен, создавая эффект строго ограниченного предложения.
