CPI резко вырос? Тебя обманули!

CPI

Индекс потребительских цен (CPI) в марте вырос на 0,9% по сравнению с предыдущим месяцем! Это самый большой месячный рост за последние четыре года. Услышав эту цифру, ваша первая реакция может быть: «Конец, инфляция снова выходит из-под контроля». Но не спешите делать выводы, по эксклюзивным данным MeiTou ситуация как раз противоположная.

Быстро пробежимся по официальной статистике: в марте общий индекс CPI вырос на 0,9% по сравнению с февралем, когда этот показатель составлял 0,3% — то есть разница утроилась всего за месяц. В годовом выражении ситуация тоже не лучше: рост с 2,4% в феврале до 3,3% в марте — это также максимум за 2024 год.

Откуда такой скачок? Ответ прост — бензин.

Согласно данным Бюро трудовой статистики, в марте цена на бензин подскочила на 21,2% по сравнению с предыдущим месяцем — это крупнейший скачок за один месяц с 1967 года, с момента ведения таких данных. То есть за почти 60 лет не было ни одного месяца с сопоставимым ростом. И только бензин обеспечил три четверти месячного прироста всего индекса CPI.

Вся энергетическая категория выросла на 10,9% по сравнению с предыдущим месяцем, это максимум с сентября 2005 года. За этими цифрами стоит сбой перевозок через Ормузский пролив, что еще раз подтверждает: энергетическая безопасность — это экономическая безопасность. Любое перекрытие стратегических морских маршрутов способно за считанные недели переписать глобальную инфляцию.

Теперь посмотрим на базовый индекс CPI, на который ориентируются рынки. Core CPI — это инфляционный показатель без учета продовольствия и энергоносителей, которые отличаются высокой волатильностью.

В марте базовый CPI вырос всего на 0,2% по сравнению с предыдущим месяцем, что совпадает с февральским показателем. В годовом выражении он составил 2,6% — всего на 0,1 п. п. выше, чем 2,5% месяцем ранее. Это говорит о том, что, если убрать шум от энергоносителей, базовое инфляционное давление в США хоть и присутствует, но не ускоряется.

Другой индикатор, за которым пристально следят рынки — это эффект тарифной передачи. Без учета продовольствия и энергоресурсов динамика базовых товаров может подсказать общий тренд. В марте рост цен на основные товары составил 0,1% — второй месяц подряд этот показатель находится на крайне низком уровне. Цены на подержанные автомобили сокращаются четвертый месяц подряд. Это свидетельствует о том, что для потребителей эффект от тарифов практически исчерпан.

Таким образом, несмотря на рост цен на энергоносители, ослабление влияния тарифов заметно снижает давление на инфляцию. К тому же, реальная средняя заработная плата, скорректированная на инфляцию, выросла всего на 0,3% — повышение зарплат почти полностью съедается ростом цен, что сдерживает более широкое повышение стоимости жизни.

Таким образом, видно, что цены на энергоносители действительно растут быстро, что негативно влияет на общий индекс CPI. Но базовый индекс CPI и рост зарплат остаются сравнительно сдержанными, что создает некоторую подушку безопасности для неопределенности в ближайшие месяцы.

На этом все? Показывают ли эти данные реальное положение дел для американцев? Далее я поделюсь с вами свежими экслюзивными инфляционными данными MeiTou, чтобы понять, какова «реальная» инфляция в США после тщательного анализа.

Эта диаграмма содержит инфляционные данные США за последние 5 лет. Синяя линия — это общий CPI, то есть основной заголовочный показатель, желтая — базовый CPI, который используется ФРС при определении курса процентных ставок и для рынка. Зеленая — это уникальный «реальный» CPI MeiTou.

Что значит «реальный»?

Известно, что в структуре CPI США более 300 отдельных категорий, и базовый индекс попросту убирает крупные сегменты — энергоносители и продовольствие — оставляя только товары и услуги. Но некоторые составляющие четвертого и даже пятого уровня детализации, относящиеся к энергетике и продовольствию, на самом деле отличаются высокой «липкостью» и небольшой волатильностью, однако просто исключаются. В результате базовый CPI не отражает реальный опыт потребителя и не показывает динамику наиболее «липких» подразделов расходов.

В течение нескольких недель мы десятки раз обсуждали этот вопрос и с помощью количественного анализа выбрали из 300+ субкатегорий 47 наиболее «базовых». Мы не ставили ограничений по категориям: если элемент реально влияет на повседневную жизнь и отличается высокой «липкостью», мы оставили его в наборе реального инфляционного индекса MeiTou — плюс такой индекс потенциально опережает CPI по изменению тренда.

Ок, блиц-обзор закончен — смотрим на данные.

С августа 2022 года все индексы CPI снижаются, однако скорость снижения MeiTou CPI была ниже, а показатель даже опережал по росту общий и базовый индексы. Это означает, что ощущаемая жителями инфляция хуже официальных данных. Эта тенденция сохранялась более трех лет, вплоть до текущего момента.

В марте произошел скачок общего индекса, базовый CPI показал умеренный прирост, а реальный MeiTou CPI, наоборот, снизился с 2,70% в феврале до 2,66% в марте. Чем это объясняется?

Это значит, что основной драйвер роста цен сейчас сконцентрирован — энергетика действительно поднимает общий CPI, но те расходы, с которыми жители сталкиваются чаще всего и которые наиболее стабильные, напротив, начинают ослабевать. Ощутимая инфляция даже тише, чем показывает статистика.

По более детальным данным из real CPI видно, что топливо, аренда авто, оборудование для активного отдыха, инструменты для дома выросли довольно сильно, а вот на такие категории, как сыр, мебель и бытовая техника, медицинское страхование, кондитерские изделия — цены немного снижаются, что во многом нивелировало энергетический шок и привело к снижению реального MeiTou CPI.

Да, я также считаю, что рост цен на нефть не завершился, а передача инфляции в другие сектора даже еще не началась. Но текущий уровень цен на товары и услуги ниже по сравнению с серединой прошлого года, а рост зарплат замедлился. Спираль зарплатной инфляции не формируется, значит нет условий для самоускоряющейся инфляции. Поэтому и нефтяной шок, скорее всего, останется рыночным шумом.

Конечно, это возможно только в одном случае — если Ормузский пролив постепенно восстановит движение судов.

Если же соглашение о перемирии провалится, военные действия возобновятся, а пролив будет снова заблокирован — волна задержанных удорожаний (от удобрений до продовольствия, от авиационного топлива до всего сектора услуг) создаст настоящее испытание для всех цен. Это риск, который каждый опытный инвестор обязан отслеживать, и именно поэтому Джейсон акцентирует на этом внимание. Но судя по текущему положению, я считаю, что вероятность длительной блокировки пролива низкая и продолжает снижаться. За риском стоит наблюдать, но, на мой взгляд, пока далеко не время для паники.

Можно увидеть, что сейчас основным драйвером в структуре CPI являются энергоносители, а они — лишь вершина айсберга всех сырьевых товаров. Интересно, что главный стратег Bank of America Хартнетт как раз в этот момент сделал неожиданное заявление для рынка. Что именно — читайте в следующем выпуске.